Протест как военное искусство. Нужно владеть стратегическим мышлением, уметь тактически планировать, иметь координационную связь. Другими словами, к протесту нужно готовиться как к войне.
Но чаще всего к протестным кампаниям относятся как к чему-то само собою разумеющееся. Что недовольный человек априори умеет протестовать. А не организованы, потому что идеологически не подготовлены. Но нужно перестать воспринимать протест как кружок самодеятельности, где идеологически подкованные люди проводят свободное время.
Протест не возникает сам по себе, его организуют. И чтобы правильно организовать, необходимо знать, как не надо делать.
Первая ошибка — неправильное место протеста
Протестующие выходят на то место, которое на их субъективный взгляд является приемлемым. Типа центральной площади, где много места, чтоб быть заметным.
Но место должно быть соразмерно численности протестующих. В ином случае протестующие растворяются в пространстве. То есть большое пространство наоборот делает их малозначительными. Это в советские годы центральные площади специально планировали огромными, чтобы устраивать там массовые парады, на которые специально сгоняли людей. Спонтанно столько людей, чтобы занять всю площадь, не соберётся.
Чтобы активно взаимодействовать с прохожими, нужно понимать роль расстояния. На расстояние 100 метров мы различаем движения и жесты других людей, с расстояния 50-70 метров уже распознаем, узнаем человека и услышим крик, на расстоянии 35 метров услышим громкую речь, с 20-25 метров распознаём выражение лица и сможем обмениваться репликами, но полноценный разговор начинаем с 7 метров. И чем ближе, тем персональней и индивидуальней будет разговор. Если небольшое мероприятие, то радиус воздействия 7 метров, если с трибуной, то 25 метров. Большие расстояния нужны, если устраиваете шествие или парад, чтобы могли разглядеть издалека.
Но не менее важно понимать активность людей на выбранном месте. Центральные площади и улицы в российских городах подходят менее всего для протестов, так на них в основном сосредоточены государственные и муниципальные учреждения. Поэтому там очень малая активность. Хотя если ваш протест направлен на диалог с госслужащими, тогда место выбрано верно.
Можно воспользоваться точками интересов, которые отмечают на карте Openstreetmap или Wikimapia, чтобы оценить оживлённость улицы. Концентрация торговых магазинов, без учёта продуктовых, будет определять фактический центр города, одно из самых оживлённых мест с большим концентрацией пешеходов. Во Владивостоке таким местом является улица Алеутская между перекрёстками с улицами Светланской и Семёновской, а не центральная улица с площадью.
А вот по скоплению продуктовых магазинов можно проследить маршруты рабочих. Продуктовые расположены так, чтобы человеку было удобно по пути зайти в него. Соответственно, если вам необходимо поднять местный вопрос в определённом районе города, тогда местные продуктовые магазины то самое место, чтобы взаимодействовать с большинством жителей района.
Если же нужно взаимодействие с определённой социальной группой, то на остановках рядом с поликлиниками позволит взаимодействовать с пенсионерами; скопление банков — предприниматели некрупного бизнеса; торгово-развлекательные центры — молодёжь.
Вторая ошибка — переоценка собственных сил
Чаще всего считают причину провала протеста в том, что не объединились. Но чтобы объединиться, должно быть достаточно тех, кто будет объединяться. А протестующие считают априори, что проблема в равной степени касается всех. Поэтому о проблеме все одинаково осведомлены. На деле же оказывается, что не для всех очевидна проблема и не все о ней хорошо осведомлены.
А для этого необходимо узнать мнение других людей. То есть перед тем, как идти со своей информацией, необходимо узнать общественное мнение. Форма подачи информации зависит от уровня информированности и настроя людей. В ином случае даже при массовой распространение листовок может оказаться непродуктивным. Не в её масштабе, а в подачи информации. Форма коммуникации должна соответствовать содержанию.
И для этого не требуются социальные исследования. Достаточно правильно взаимодействовать с людьми. Нужно начинать не с литовки, а с опроса. Опрос позволяет выявить настроение среди граждан. Так как его воспринимают нейтрально, в нём могут участвовать как положительно, так и негативно настроенные граждане. Это позволит оценить реальные силы. Если же будете сразу раздавать листовки, то реагировать будут люди, которые позитивно настроены к вам, и игнорировать те, кто настроены негативно. Из-за чего сложится ложное представление, что все вас поддерживают. Протест должен выстраиваться не только на аргументах для сторонников, но учитывать контраргументы противников.
Опрос к тому же позволяет выявить потенциальных сторонников, с которыми нужно уже работать вплотную, информировать их. Также базу сторонников можно выявить, организовав петицию на актуальную тему. Люди, готовые подписать петицию, потенциально являются вашими сторонниками, где большинство, скорее всего, поддержат другие ваши инициативы.
Третья ошибка — нет места для встреч
Страх выходит на улицы порождён не насилием, а неуверенностью в тех, кто рядом с тобой. Перед тем, как выйти на протест, люди должны быть не просто знакомы, а уверены в друг друге. Именно для этого и нужны места для встреч.
Встречи являются таким местом, куда в непринуждённой форме может прийти любой человек без каких-либо обязательств с его стороны. То есть не нужно специально договариваться о месте и времени. И таких мест уйма, от кафе с барами до спортзалов.
Можно встречаться и на улице. Но нужно понимать разницу между собираться мирно и проводить мероприятие. Собираются знакомые, проводится для всех желающих. Чтобы проводить публичное мероприятие, надо согласовывать. А этого не сделают. Поэтому надо искать места, которые не требуют согласования.
Место для встреч должно быть не только доступным всем, но и постоянным. В одном и том же месте и в одно и то же время. И оно должно быть наполнено содержанием, то есть способствовать неформальной беседе. Чтобы люди могли знакомиться.
Чаще всего проблема воспринимается как локальная, что риски касаются только протестующих, а следовательно, только мнение протестующих является важным. И если не добиваются своего, значит их не услышали и протесты бесполезны.
Но на деле оказывается, что протестующие не услышали других. Не поняли, что за каждой проблемой стоят разные интересы. И интересы реальных людей, а не абстрактного капитала и государства. Поэтому всегда необходимо оценивать ситуацию с точки зрения рисков для всех заинтересованных. Чтобы можно было выстроить адекватную кампанию протеста.
И нужно понимать, не существует краткосрочных кампаний, кампанию проводят до победы. Они могут меняться в форме, но не в целях. Чтобы в органах власти не решили, любое решение можно отменить. Чтобы органы власти не построили, это можно в последующем снести. Поэтому протесты не проигрывают, а ошибаются в стратегии.
Задача протеста добиться не диалога с властью, а провести своих представителей в органы власти, чтобы отменить плохое и принять нужное решение. Когда представители власти принимают решения, которое не устраивает народ, то они рассчитывают, что это не навредит их политическому статусу, а не потому, что они не услышали народ или не учли его мнение. Поэтому диалог с властью бесполезен.
Основной смысл протеста в формировании протестного электората. Важно не сколько людей готовы выйти на улицу, а сколько людей готовы голосовать за ваше политическое решение. Поэтому кампания ведётся для людей, чтобы наладить диалог с гражданами, а не чтобы напугать власть и принудить к переговорам. Суть протеста не в количестве участников, а в масштабе охвата территории.
Для этого необходимо множество протестов, а не массовый протест. И множество протестов тяжелей разогнать, чем массовый. Если сравнить периметр одного большого квадрата с общим периметров четырёх квадратов, у которых сумма площадей равна сумме большого квадрата, то у четырёх квадратов в сумме периметр будет в два раза больше периметра большого квадрата. Поэтому разогнать такое же количество, как на массовом протесте, но собравшихся в разных местах, сложнее.
Многие протестующие замыкаются на собственной проблеме и не замечают другие проблемы. Чем масштабней протест, тем разносторонней должна быть повестка. Отсюда и объединение, когда формируется не одно единое действие, а координация разных действий в протесте.
Все проблемы в равной мере актуальны, вне зависимости от количества людей, которых затрагивает проблема. Объединение же, когда есть общая кампания, в которой каждый решает свои проблемы. Поэтому необходимо иметь широкий кругозор, интересоваться проблемами других.
Находка, город Приморского края, известный проблемой угольной пыли, которая возникает из-за открытой перевалки угля в центре города. Протест на данную тематику полностью сошёл на нет, перешёл в область социального недовольства. Дело в том, что были совершенны классические ошибки.
Первое, неправильно выбрано место протеста, возле администрации или памятника, который сильно удалён от пешеходных улиц. В итоге протестовали там, где никого не было. Если бы устраивали небольшие пикеты вдоль главного проспекта, то об этом узнали и увидели бы большинство население города. Была бы налажена активная связь с горожанами.
Второе, переоценили силы, думаю, что проблема очевидная. Поэтому не проводили никаких обсуждений. А сразу выставляли требования.
Третье, не было места сбора. Всё происходило в соцсетях, которые разрастались и дробились, до состояния, когда оставались только свои. Соцсети в итоге ограничили приток новых людей. И самое главное, росло внутреннее недоверие среди протестующих. Если бы протестующие выбрали место сбора, где обсуждалась проблема лично, то среди участников возникало бы доверие, протест бы рос, потому что был бы приток новых сил.
Четвёртое, недооценили ситуацию. Налог с экспорта угля поступает в федеральную казну. В это был заинтересован сам Путин. Поэтому обращение к федеральному правительству и Путину было абсурдно, которое привело к деморализации протестующих. И таким образом за десять лет протеста так и не сформировался в городе протестный электорат, который был бы готов сменить местные органы власти. Явка до сих пор низкая.
Пятая, весь протест свели к экологической повестке. И даже не подымался вопрос о рабочих. Если предприятие загрязняет воздух, то в первую очередь страдают рабочие. Организация профсоюзов позволило бы приостанавливать работу, когда образуется пыль. Здоровые лёгкие рабочих — чистый воздух в городе.
Но находкинцы не извлекли урок из провала протеста против угольной пыли. Те же самые ошибки повторяются с протестом против НЗМУ, завода минеральных удобрений. Протест не вовлекает горожан, а обращён к органам власти, которые заинтересованные в стройке. Нет никаких общественных обсуждений проблемы. Замкнутость в соцсетях. Нет долгосрочной кампании с формированием протестного электората. И проблему опять сводят к узкой экологической тематике.
Так что проблема не в представителях власти, которые не слышат народ, а в народной борьбе с глуховатыми представителями власти.
Место для встреч должно быть не только доступным всем, но и постоянным. В одном и том же месте и в одно и то же время. И оно должно быть наполнено содержанием, то есть способствовать неформальной беседе. Чтобы люди могли знакомиться.
Четвёртая ошибка — недооценка ситуации, а точнее рисков
Чаще всего проблема воспринимается как локальная, что риски касаются только протестующих, а следовательно, только мнение протестующих является важным. И если не добиваются своего, значит их не услышали и протесты бесполезны.
Но на деле оказывается, что протестующие не услышали других. Не поняли, что за каждой проблемой стоят разные интересы. И интересы реальных людей, а не абстрактного капитала и государства. Поэтому всегда необходимо оценивать ситуацию с точки зрения рисков для всех заинтересованных. Чтобы можно было выстроить адекватную кампанию протеста.
И нужно понимать, не существует краткосрочных кампаний, кампанию проводят до победы. Они могут меняться в форме, но не в целях. Чтобы в органах власти не решили, любое решение можно отменить. Чтобы органы власти не построили, это можно в последующем снести. Поэтому протесты не проигрывают, а ошибаются в стратегии.
Задача протеста добиться не диалога с властью, а провести своих представителей в органы власти, чтобы отменить плохое и принять нужное решение. Когда представители власти принимают решения, которое не устраивает народ, то они рассчитывают, что это не навредит их политическому статусу, а не потому, что они не услышали народ или не учли его мнение. Поэтому диалог с властью бесполезен.
Основной смысл протеста в формировании протестного электората. Важно не сколько людей готовы выйти на улицу, а сколько людей готовы голосовать за ваше политическое решение. Поэтому кампания ведётся для людей, чтобы наладить диалог с гражданами, а не чтобы напугать власть и принудить к переговорам. Суть протеста не в количестве участников, а в масштабе охвата территории.
Для этого необходимо множество протестов, а не массовый протест. И множество протестов тяжелей разогнать, чем массовый. Если сравнить периметр одного большого квадрата с общим периметров четырёх квадратов, у которых сумма площадей равна сумме большого квадрата, то у четырёх квадратов в сумме периметр будет в два раза больше периметра большого квадрата. Поэтому разогнать такое же количество, как на массовом протесте, но собравшихся в разных местах, сложнее.
Пятая ошибка — недостаточная осведомлённость, или ограниченный кругозор
Многие протестующие замыкаются на собственной проблеме и не замечают другие проблемы. Чем масштабней протест, тем разносторонней должна быть повестка. Отсюда и объединение, когда формируется не одно единое действие, а координация разных действий в протесте.
Все проблемы в равной мере актуальны, вне зависимости от количества людей, которых затрагивает проблема. Объединение же, когда есть общая кампания, в которой каждый решает свои проблемы. Поэтому необходимо иметь широкий кругозор, интересоваться проблемами других.
Ошибки на примерах
Находка, город Приморского края, известный проблемой угольной пыли, которая возникает из-за открытой перевалки угля в центре города. Протест на данную тематику полностью сошёл на нет, перешёл в область социального недовольства. Дело в том, что были совершенны классические ошибки.
Первое, неправильно выбрано место протеста, возле администрации или памятника, который сильно удалён от пешеходных улиц. В итоге протестовали там, где никого не было. Если бы устраивали небольшие пикеты вдоль главного проспекта, то об этом узнали и увидели бы большинство население города. Была бы налажена активная связь с горожанами.
Второе, переоценили силы, думаю, что проблема очевидная. Поэтому не проводили никаких обсуждений. А сразу выставляли требования.
Третье, не было места сбора. Всё происходило в соцсетях, которые разрастались и дробились, до состояния, когда оставались только свои. Соцсети в итоге ограничили приток новых людей. И самое главное, росло внутреннее недоверие среди протестующих. Если бы протестующие выбрали место сбора, где обсуждалась проблема лично, то среди участников возникало бы доверие, протест бы рос, потому что был бы приток новых сил.
Четвёртое, недооценили ситуацию. Налог с экспорта угля поступает в федеральную казну. В это был заинтересован сам Путин. Поэтому обращение к федеральному правительству и Путину было абсурдно, которое привело к деморализации протестующих. И таким образом за десять лет протеста так и не сформировался в городе протестный электорат, который был бы готов сменить местные органы власти. Явка до сих пор низкая.
Пятая, весь протест свели к экологической повестке. И даже не подымался вопрос о рабочих. Если предприятие загрязняет воздух, то в первую очередь страдают рабочие. Организация профсоюзов позволило бы приостанавливать работу, когда образуется пыль. Здоровые лёгкие рабочих — чистый воздух в городе.
Но находкинцы не извлекли урок из провала протеста против угольной пыли. Те же самые ошибки повторяются с протестом против НЗМУ, завода минеральных удобрений. Протест не вовлекает горожан, а обращён к органам власти, которые заинтересованные в стройке. Нет никаких общественных обсуждений проблемы. Замкнутость в соцсетях. Нет долгосрочной кампании с формированием протестного электората. И проблему опять сводят к узкой экологической тематике.
Так что проблема не в представителях власти, которые не слышат народ, а в народной борьбе с глуховатыми представителями власти.
Комментарии
Отправить комментарий